Invalid campaign token Срок лечения в психиатрической больнице

Срок лечения в психиатрической больнице

Сотни книг, фильмов и устных преданий повествуют об ужасах, которые творятся за закрытыми дверями психиатрических больниц. Психиатр Наталья Ривкина, руководитель Клиники психиатрии и психотерапии ЕМС , подробно описала весь путь, который проходит больной в психиатрической больнице, чтобы показать, что по большей части все эти ужасы — надуманные мифы. Психиатрический стационар — это страшилка всех времен и народов. Люди представляют себе разные ужасы, которые происходят за закрытыми дверями больницы.

Если Вам необходима помощь справочно-правового характера (у Вас сложный случай, и Вы не знаете как оформить документы, в МФЦ необоснованно требуют дополнительные бумаги и справки или вовсе отказывают), то мы предлагаем бесплатную юридическую консультацию:

  • Для жителей Москвы и МО - +7 (499) 653-60-72 Доб. 448
  • Санкт-Петербург и Лен. область - +7 (812) 426-14-07 Доб. 773

N I. Медицинская помощь так же оказывается в соответствии с Конституцией Российской Федерации от Лица, направленные на стационарное обследование для уточнения диагноза, проведения врачебно-трудовой или военно-врачебной экспертизы, принимаются в психиатрический стационар по направлениям органов здравоохранения, участковых врачей психиатров, а также врачебно-трудовых экспертных или военно-врачебных комиссий соответственно, по постановлению суда для проведения принудительного лечения. Порядок приема психически больных, направленных на принудительное лечение, регламентируется действующим законодательством и соответствующими ведомственными инструкциями. Неотложная госпитализация осуществляется в круглосуточном режиме. Иногородние пациенты могут быть госпитализированы в плановом и экстренном порядке по заявлению самого пациента в соответствии с действующими административными и нормативными инструкциями МЗ КК.

Все пациенты, поступающие на стационарное лечение, госпитализируются в стационарные подразделения через приемное отделение, где осматриваются в рабочее время врачом психиатром приемного отделения, в ночное вечернее время и в выходные праздничные дни — дежурным врачом- психиатром, выполняющим функции администратора учреждения. Несовершеннолетний в возрасте до 15 лет помещается в психиатрический стационар по просьбе или с согласия его родителей или иного законного представителя.

Ему приходится ежедневно принимать лекарства. Пятый этаж недавно отремонтировали. Распорядок дня тюремный.

Пребывание в стационаре

Сотни книг, фильмов и устных преданий повествуют об ужасах, которые творятся за закрытыми дверями психиатрических больниц. Психиатр Наталья Ривкина, руководитель Клиники психиатрии и психотерапии ЕМС , подробно описала весь путь, который проходит больной в психиатрической больнице, чтобы показать, что по большей части все эти ужасы — надуманные мифы.

Психиатрический стационар — это страшилка всех времен и народов. Люди представляют себе разные ужасы, которые происходят за закрытыми дверями больницы. Мне бы хотелось приоткрыть эти двери — провести через все этапы госпитализации, чтобы читатели поняли, что в реальности все не так страшно, как может показаться.

Во всем мире есть два пути попадания в психиатрический стационар, и они не слишком отличаются от того, как экстренные пациенты попадают, например, в хирургическое отделение. Первый вариант — человек сам приходит к врачу и говорит, что у него проблемы. Врач в соответствии с точными критериями может решить, что пациенту будет безопаснее оказать помощь в условиях стационара. Существуют четкие международные правила, какая симптоматика указывает на необходимость госпитализации.

В каждой стране эти правила еще и подтверждены государственным законодательством в области здравоохранения. Второй вариант — это пациенты, которые не осознают своего заболевания и тяжести своего состояния и отказываются от лечения.

Для них во всем мире существует недобровольная госпитализация через скорую помощь. Два основных показания для такой госпитализации — суицидальный риск, если у пациента есть четкий план, как покончить с собой, и агрессивное, опасное для других людей поведение. Психиатрическая диагностика основывается на клиническом интервью. Искусство психиатра — в том, как он его преподносит. Опытные врачи беседуют с пациентом так, что он даже не замечает, что весь разговор — это на самом деле структурированный опросник, который тестирует разные показатели мышления, восприятия, настроения, психоэмоционального функционирования.

Нужно понимать: психиатрические проблемы — биологические. Они связаны с изменением системы дофамина, серотонина и системы передачи импульсов в головном мозге. Тем не менее единственный адекватный инструмент диагностики в мире в настоящее время — это не лабораторные анализы, а клиническое интервью.

Многие пациенты опасаются, что разговор с врачом может быть субъективным, не точным методом. Вроде как если бы человеку показали анализ крови или МРТ, в котором диагностирована депрессия или шизофрения, то он бы чувствовал себя увереннее в плане компетенции доктора. Поэтому некоторые клиники предлагают пациентам измерять уровень серотонина в крови, хотя на самом деле это профанация. Для определения уровня серотонина нужно измерять его непосредственно в клетках мозга, нейронах. У нас нет туда доступа.

Зато есть характерный факт — все исследования в мире, которые ведутся в области биологии психиатрических болезней, направлены на повышение эффективности лекарств, а не на то, чтобы разработать какие-то новые инструменты диагностики, которые помогали бы увидеть болезнь.

Это означает, что клиническое интервью настолько достаточный метод диагностики, что в научном мире даже нет заметных попыток его дополнить. Недобровольная госпитализация — это стрессовый путь попадания в клинику и для врачей, и для пациентов.

Но есть случаи, когда избежать ее невозможно. Принципиально важный момент, который должна понимать семья, — не родственники госпитализируют пациента. Пациента госпитализирует врач. Да и сами пациенты нередко упрекают их в этом.

Важно понимать, что решение о госпитализации принимает только врач. Как бы вы ни хотели госпитализировать родственника, вы не можете этого сделать, пока врач не увидит достаточных оснований и показаний для госпитализации.

Есть много уровней защиты пациентов, которые нацелены на то, чтобы избежать случайностей. У частных клиник нет лицензии на недобровольную госпитализацию, поэтому если пациент в ней нуждается, мы вызываем скорую помощь.

И даже притом, что мы врачи, от нас требуют детальных, четких обоснований, почему мы хотели бы вызвать психиатрическую скорую. В нашем отделении некоторые из дежурных докторов одновременно работают в городской психиатрической скорой помощи — это врачи, обладающие очень высокой компетенцией и навыками общения с пациентами. Они реально могут убедить человека там, где простой врач бессилен.

Благодаря им недобровольная госпитализация часто лишена драматизма, который мы себе представляем. Пациенты в возбуждении, часто напуганы и на самом деле готовы подчиниться, если с ними обращаться умело, не вступая в конфронтацию. После госпитализации пациент в течение трех дней проходит освидетельствование у специальной независимой команды адвокатов, которая подтверждает либо опровергает показания для недобровольной госпитализации.

Главный миф и страх — что человека против воли упекут в больницу. На самом деле во всем мире существует обратная проблема — если пациент тяжело болен психическим расстройством, но не проявляет агрессивного поведения или выраженного суицидального риска и отказывается обращаться к врачу, родственники не могут человеку помочь.

По закону консультация и госпитализация невозможны без информированного согласия пациента, то есть подписанной бумаги, где он подтверждает, что осознает, что его сейчас будет консультировать психиатр. Без этого документа мы не имеем права с пациентом беседовать. И нередко мы с этим сталкиваемся — к нам обращаются родные с просьбой о помощи, но мы бессильны что-либо сделать без согласия пациента на лечение.

Недобровольная госпитализация происходит в отделение, куда родственники войти не могут. Это касается и взрослой, и детской психиатрии. В большинстве случаев родители не знают, что там с детьми происходит, и это самый большой страх для близких пациента. Отсюда и все мифы, связанные с насилием, причинением физического и морального вреда пациентам закрытого отделения.

На самом деле любые меры физического ограничения предпринимают исключительно для того, чтобы пациент не сделал что-то опасное для себя. Эта система работает одинаково во всем мире.

В крайнем возбуждении человек может говорить близким агрессивные и обидные слова. Нередко родственники не понимают состояние пациента и могут своими комментариями усилить его возбуждение и агрессию. Поэтому на первых этапах лечения острого пациента близость родственников может мешать. Особенно в городской системе, где в отделении на 50 пациентов может быть два доктора. В частной клинике, где персонала много, есть возможность эти проблемы решать иначе.

Но даже мы иногда просим родственников не приезжать к пациенту в первые дни госпитализации. На первых этапах лечения безопасность острых состояний в психиатрии обеспечивается тем, что человек все время на глазах. В EMC это решают с помощью специально обученного медицинского персонала, который находится с пациентом круглосуточно. В государственной системе персонала не хватает. Поэтому там в туалетах нет дверей, в палате по десять пациентов, на окнах решетки, все двери закрывают на специальные ключи, в дверях нет ручек.

Все это, конечно, угнетает. Для пациентов в крайнем возбуждении, которых невозможно успокоить с помощью препаратов, используют фиксацию — специальные мягкие ремни, которыми его прикрепляют к кровати. Фиксация — это возможность помочь, иногда спасти жизнь человека. Но семья может воспринимать ее как насилие, жестокое обращение. На самом деле даже у соматических пациентов при инфекции или большой потере крови после операции может начаться возбуждение, при котором врачи реанимации вынуждены использовать фиксацию.

При этом речь идет о защите пациента, а не о насилии над ним. В EMC концепция и философия клиники заключается в том, что психиатрический пациент ничем не отличается от любого другого. Он может зайти и уйти в любой момент.

Вместе с врачами он принимает все решения о своем лечении. В палатах у нас созданы особые условия, хотя это особо и незаметно: окна и зеркала невозможно разбить, двери в ванную и туалет открываются с двух сторон — человек не может запереться. В душевой кабине нет шланга. Нет тяжелой мебели и других предметов, которые могут причинить пациенту вред. У нас работают специализированные психиатрические медсестры и дежурный доктор, который рядом с пациентом круглосуточно.

В палатах установлены камеры наблюдения, кроме туалета и ванной. Пациент об этом знает — он подписывает специальные документы. Если пациент возбужден или страдает от анорексии, рядом с ним круглосуточно находится медсестра. Но если пациент принимает решение уйти — он может уйти.

Это открытая клиника. Эти истории не имеют отношения к реальности. Психиатрия не лечит диагнозы — психиатрия лечит синдромы и симптомы. При разных психических заболеваниях могут быть одни и те же симптомы — депрессия бывает при шизофрении, бред бывает при депрессии.

Мы назначаем лекарства в соответствии с теми симптомами, которые человек испытывает сейчас. Это важный момент. Терапию мы начинаем в первый день — в первую очередь мы должны купировать опасные для пациента симптомы, такие как суицидальный риск, высокую тревогу или возбуждение.

В EMC все обследования, которые положены по протоколу, мы проводим в течение суток. Этот протокол утвержден Минздравом — а не то, что сегодня доктору пришло в голову взять анализ крови, а завтра анализ мочи.

Как правило, на второй день пациента смотрит консилиум, который принимает общий план терапии. Каждого пациента сопровождает команда врачей и психологов. На одного больного приходится пять-шесть специалистов. На второй-третий день с пациентом знакомится психотерапевт, который параллельно начинает работу с родственниками. Задача врачей за время нахождения пациента в стационаре — подобрать эффективную и безопасную лекарственную терапию.

В частной клинике на ее выбор уходит минимум две недели, потому что только по истечении такого срока антидепрессанты дают первый клинически значимый эффект.

К тому же первые полторы-две недели — это время максимальных побочных эффектов препаратов. В это время пациент требует особого наблюдения. В первые недели мы работаем с семьей — учим родных, как вести себя после выписки, на что обращать внимание, как контролировать лекарства. После подбора препаратов и снятия острого состояния мы можем вести пациентов в дневном стационаре, куда они каждый день приезжают на полдня.

В городской клинике таких возможностей нет, и в среднем госпитализации занимает полтора-два месяца.

«Психиатрический пациент ничем не отличается от любого другого»

К году средний срок лечения в круглосуточном психиатрическом стационаре не должен будет превышать 30 дней. По его словам, именно такой показатель обозначен в Концепции развития психиатрической службы столицы. Документ подготовил НИИ организации здравоохранения и медицинского менеджмента. Речь идет в основном о пациентах, которые представляют угрозу себе или окружающим. Напомним, что именно в соответствии с этим документом, сейчас реорганизуются московские психоневрологические стационары.

Средний срок лечения в психиатрическом стационаре не будет превышать 30 дней

Недавно подруга попала с больницу, так что я запилю пост про свой и опыт подруги лечения в психиатрических заведениях. Дабы дестигматизировать болезни, не побоюсь написать со своего аккаунта. Пост будет большой; вначале будет много негатива об обычных отделениях психушки и про то, как оттуда вытащить человека , потом разбавлю позитивом о дневном стационаре. Начну с подруги. Живёт у меня уже несколько месяцев, так что я в курсе её состояния и хорошо вижу все её "прибабахи".

Согласился лечь в психушку, теперь не знаю, как выйти

Люди, побывавшие там, живут с клеймом всю оставшуюся жизнь. И мало кто задумывается о том, что значительная часть пациентов психбольниц и жителей психинтернатов не больны. Людей заочно, зачастую без веских оснований, особо не разбираясь, суд признает недееспособными, а значит, лишает права на свою собственную жизнь. Часто это влечет за собой потерю всего — жилья, детей, близких Даже у преступников есть надежда на нормальную жизнь после отбытия наказания. А у психических больных — практически нет. Вытащить их из цепких лап отечественной психиатрии может только чудо. И такие чудеса случаются, но крайне редко. Вот типичная история с нетипичным исходом.

ПОСМОТРИТЕ ВИДЕО ПО ТЕМЕ: ПРАВДА про психиатров, про лечение наркомании, последствия лечения в психиатрической больнице

Мои права в психиатрической больнице

Форма отказа родителей от осмотра ребенка в любом возрасте психиатром и отказа от психологического тестирования. Генеральная прокуратура РФ. Прокуратура г. Прокуратура Московской области. Конституционный суд РФ. Московский городской суд.

О том, как в Петербурге создали альтернативу детским и взрослым интернатам, как нужно проводить реформу ПНИ, почему это делают в Европе и действительно ли сопровождаемое проживание людей с ментальной инвалидностью стоит дешевле. Люди могут находиться в больнице против своей воли только по решению суда.

.

Людям, попавшим однажды на лечение в психиатрическую больницу, выйти оттуда будет очень трудно

.

.

.

.

.

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: 10 ШОКИРУЮЩИХ МЕТОДОВ ЛЕЧЕНИЯ ПСИХИЧЕСКИ БОЛЬНЫХ
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Комментариев: 3
  1. dutuli

    Верная фраза

  2. Конон

    который я уже неделю исчу

  3. Соломон

    Когда зайду сюда еще раз, чтлб всего это дерьма тут не было. Очень прошу. А то не буду к вам больше заодить

Добавить комментарий

Отправляя комментарий, вы даете согласие на сбор и обработку персональных данных